России нужно единое образовательное пространство

rss 01 сентября 2015



Педагог-новатор Любовь Духанина, занимающаяся в «Общероссийском народном фронте» проблемами образования, о том, что считает наиболее важным в начавшемся новом учебном году

Любовь Духанина — весьма известный в стране педагог. Более 20 лет назад она вместе с единомышленниками создала в Москве и возглавила образовательный холдинг «Наследник», объединяющий детский сад и школу, экзаменационный центр английского языка, школу искусств, студии компьютерной анимации и звукозаписи и единственный в мире Детский биржевой центр. «Наследник» считается одной из лучших инновационных школ не только в России, но и в мире. А еще Любовь Николаевна — член Общественной палаты РФ, член комиссии при президенте по развитию системы поиска и поддержки талантливых детей и молодежи и совершенствованию проведения ЕГЭ. В «Общероссийском народном фронте» она возглавляет рабочую группу «Образование и культура как основы национальной идентичности». В начале нового учебного года Любовь Духанина рассказала «Русской планете» о главных проблемах в образовании, решению которых способствует ОНФ.

Любовь Духанина

Любовь Духанина. Фото: Из личного архива

— Любовь Николаевна, как вы считаете, общество уже приняло окончательно Единый госэкзамен?

— Количество людей, негативно относящихся к ЕГЭ, у нас не уменьшается. И связано это не с самой процедурой проведения экзамена, а с уровнем подготовки ребят к нему. В больших городах 70–80% родителей вынуждены нанимать репетиторов, в малых городах и в сельской местности далеко не все семьи могут позволить себе это. Кроме того, анализ проблем, связанных со сдачей ЕГЭ, показал, что обучение в разных регионах ведется по разным программам, по разным учебникам, и при переходе из одной школы в другую ребенок не всегда может адаптироваться. Поэтому «Общероссийский народный фронт» считает необходимым создание в стране единого образовательного пространства. Важно, чтобы в его формировании участвовали не только школы, но и все учреждения культуры, и средства массовой информации. Мы считаем, что СМИ должны быть не только институтом фиксации проблем, но и механизмом информирования о том позитивном, что происходит в системе образования и в других сферах жизни.

— К сожалению, негатива тоже хватает. Вы сами недавно заявили, что система подготовки кадров не соответствует развивающемуся рынку труда…

— Да, очень быстро меняется мир современных профессий, стремительно развиваются информационные технологии. А система образования не поспевает за этими изменениями, и не только в России, но и за рубежом. Нужна мобильная, часто обновляемая система профессионального образования. Создать ее мешала существовавшая раньше практика аккредитации образовательных программ. Вуз, разработавший новую программу, должен был обучать по ней пять лет, показать результаты и только потом получать аккредитацию и претендовать на бюджетные деньги. За последний год Министерство образования и науки эту практику изменило, теперь сроки утверждения новых программ сокращены. Если раньше, например, системным администратором можно было стать, только отучившись пять с половиной лет в МГУ или в МИФИ, то теперь даже ученик 10-го или 11-го классов, пройдя дополнительный курс обучения, может сразу после школы пойти работать по этой специальности.

Но недостаточно только менять систему образования — надо, чтобы новые специальности были включены в классификатор профессий, составляемый Министерством труда. Эксперты ОНФ провели на этот счет обсуждение с министерством. Ребята, готовящиеся вступить во взрослую жизнь, должны знать, какие профессии сегодня являются самыми востребованными и перспективными. И архиважно, чтобы для них были рабочие места.

Абитуриенты подают документы на поступление в СПбГИЭУ

Абитуриенты подают документы на поступление в СПбГИЭУ. Фото: Петр Ковалев/Интерпресс/ТАСС

— Знаю, что ОНФ большое внимание уделяет реализации госпрограммы «Доступная среда» и обучению детей-инвалидов. Что самое важное для вас в этой работе?

— Наша страна поддержала идею инклюзивного образования — обучения детей с особенностями здоровья в обычной школе, но научная методика такого обучения до конца не проработана. Большим достижением прошлого года стало появление специальных стандартов для обучения детей с ограниченными возможностями на начальной ступени, с 1-го по 4-й классы. Ведь при инклюзивном образовании совсем другая система организации урока, учителю для подготовки к нему требуется в 2–3 раза больше времени. Позиция ОНФ такова: учителя, работающие в инклюзии, нуждаются не только в дополнительной методической поддержке, но и в поддержке материальной, ведь их нагрузки значительно возрастают. Сейчас наша задача как можно скорее разработать стандарты для обучения в условиях инклюзии школьников с 5-го по 9-й классы. И особое внимание уделить проведению государственной итоговой аттестации ребят с особенностями здоровья — пока эксперты ОНФ видят, что нормальных условий для нее, в том числе материально-технической базы, еще не создано. Для сдачи экзаменов необходимо достаточное количество дефектологов, сурдопереводчиков. Мы предлагаем проводить экзамены в коррекционных школах, где есть специалисты, умеющие сделать эту процедуру бесстрессовой.

— Вы предлагали законодательно закрепить механизм информирования педагогов о состоянии здоровья их учеников. Для чего это нужно?

— Раньше медработники числились в штате школы. Сегодня медицинское сопровождение детей находится в ведении Министерства здравоохранения, медсестры и врачи являются работниками поликлиник, они не находятся на территории образовательного учреждения весь день, приходя на несколько часов. Нормативная база запрещает школам и детсадам требовать информацию о здоровье детей, медицинская карта исключена из перечня документов при приеме ребенка. Школа может только просить родителей рассказать, нет ли у ребенка проблем со здоровьем, а родители вправе такой информацией не поделиться. Такое положение существует уже года два. Лишь негосударственные школы могут получить лицензию на медицинскую деятельность и по-прежнему содержать в штате врачей и медсестер, обычные городские школы такой возможности не имеют. Более того, педагогические работники не имеют права оказывать первичную медпомощь ребенку, а могут только вызвать скорую. Но вот вам ситуация: ребенок на уроке раскачивается на стуле, это может быть просто шалостью, а может — началом приступа эпилепсии. Я два раза говорила на эту тему с министром здравоохранения, но она считает, что необходимо соблюдать врачебную тайну.  Поймите: учителю не надо знать подробный диагноз, но об особенностях ребенка он должен быть осведомлен, чтобы правильно работать с ним.

— Что делалось и что делается сейчас для ликвидации очереди в детские сады?

— Государство в течение двух лет осуществляет масштабную программу строительства детских садов, ОНФ контролирует ее выполнение. Нам важен не только ход строительства, но и эффективность использования огромных денежных средств. В разных регионах стоимость строительства резко различается. ОНФ обсуждает с Минстроем, со Счетной палатой, как сделать этот процесс качественным. Пока те типовые проекты детсадов, которые размещены на сайте Минстроя, не соответствуют новым федеральным образовательным стандартам. Мы настаиваем на том, что в устаревшие инфраструктурные решения деньги вкладывать нельзя. Что касается очередей в детсады, в последнее время наметилась четкая тенденция на их снижение. Но все осложняется — к нашей большой радости — улучшением демографической ситуации. Детей действительно стало рождаться больше, и мест в детсадах необходимо больше, чем запланировано. В этой ситуации надо не только надеяться на государство, но и развивать систему частных детских садов, помогать индивидуальным предпринимателям.

Источник: http://rusplt.ru/society/rossii-nujno-edinoe-obrazovatelnoe-prostranstvo-18600.html



Вернуться
Публикации